Intro

Это вторая наша совместная книга (первой был труд об архетипе Сатаны "Princeps Omnium"). Надеемся, что она, вкупе с предыдущими нашими работами, как совместными, так и отдельными, даст пищу для размышлений тем, кто умеет мыслить.

Считаем необходимым выразить признательность первопроходцам этой темы, а именно: Ярославу Добролюбову aka ЯДу и Лютобору, написавшими работу "Меритократия - к вопросу о власти разума"¹. Изначально мы были приглашены для совместной работы над этим проектом, но в дальнейшем возникли принципиальные разногласия по некоторым вопросам, и было решено при всем взаимном уважении отказаться от соавторства и написать отдельный труд. ЯД и Лютобор выразили нам благодарность в своей работе², но существенной частью, написанной нами, было лишь вступление. Мы позволим себе использовать его в этой книге, несколько модифицировав. Параллелизмы возможны и в других местах, так как по многим поводам мы имели сходные мысли, которыми и обменивались, так что вспоминать и расставлять копирайты во многих случаях затруднительно.

Однако, "Гомогенез³" ставит своей задачей значительно расширить материал, затронутый в "Меритократии". Если там затрагивался вопрос модификации общества, построение его на более разумных принципах, чем нынешняя псевдодемократия⁴, то в этой книге вопрос ставится гораздо шире, а именно: что такое человек, как он развивался в этом качестве, к чему это привело и как выглядит аппроксимация этого развития. Вопросы же государственного устройства и т.п. будут затрагиваться во вторых частях каждой главы, которые, вспоминая Платона, мы решили назвать ta thV polewV⁵.

Целью "Гомогенеза" является наглядная демонстрация зависимости деградации общества от его чел-овечности⁶ и однозначной необходимости отхода от "человеческого, слишком человеческого" для дальнейшего развития.

Мы не собираемся указывать "единственно верные" решения и заниматься прочими делами, характерными для всяческих мессий всевозможного пошиба. Нет никакой панацеи, которая, будучи применена, однозначно спасет разумную жизнь от гибели - есть только вероятность, что мыслящие существа сами осознают тупиковость современного "развития" общества и "спасут" себя самостоятельно. Они и составят новое общество, далекое от чел-овечества. В разделе ta thV polewV мы будем высказывать свое мнение по возможной методике коррекции текущего вопроса, но не более того. Мы не можем быть одинаково компетентны по любому вопросу и в любой науке, поэтому многое наверняка можно было бы улучшить. Также у нас нет ни малейшего желания превращать этот текст в некий идол, священную книгу и т.п., в нем лишь высказывается наше мнение и приводится наиболее разумный с нашей точки зрения подход к решению проблемы. Но: при этом мы обосновываем его. Если Вам есть что возразить - мы всегда готовы к конструктивному диалогу. Однако на собственном опыте мы знаем, что практически в 100% случаев "контрдоводы" сводятся приблизительно к следующему: "Да, вы все говорите и пишите логично, но так нельзя, это не по-человечески!"

Именно так.

Мы не пишем в этой книге "истинную правду" - мы пишем то, что считаем действительным положением вещей в современном обществе.

Кроме того, писать "учебники по жизни" - дело исключительно психологов-популяризаторов, стремящихся заработать деньги на представителях интеллектуального большинства, которые только и способны приобрести книгу "Как стать умным и мудрым за 5 минут для чайников".

"Книги по самосовершенствованию: те, кому они нужны, их не читают и не обращают на них внимания." - А.Ш. ЛаВей

Как сатанистам нам больше импонирует позиция, высказанная Ш.Монтескье:

"Никогда не следует исчерпывать предмет до того, что уже ничто не остается на долю читателя. Дело не в том, чтобы заставить его читать, а в том, чтобы заставить его думать."

История подвела чел-овечество к обрыву, хотя обычно его представители прячут глаза от этого обстоятельства. Мы же еще не раз обратим на него ваше внимание. Для избежания провала необходимо выбрать иной путь развития, отход от направления, ведущего в пропасть. Как именно осуществлять этот отход и как выбирать собственную тропинку на вариантах путей - личное дело каждого. В том числе можно принять и позицию, согласно которой дальнейшее существование человечества не стоит хлопот. Наше мнение, разумеется, будет высказано по множеству вопросов, но оно - повторимся - должно считаться лишь поводом к размышлению, одним из возможных вариантов, а никак не призывом действовать только предложенным способом.

Если в доме начался пожар и все побегут в одну и ту же дверь - то они могут погибнуть в гораздо большем количестве, чем если каждый будет отходить индивидуальным путем.

И последнее примечание, которое мы считаем необходимым сделать во вступлении: поднятый нами вопрос, кратко формулируемый как "что такое чел-овечность и к чему она приводит", обладает множеством взаимосвязанных нюансов и практически не поддается строго последовательному изложению. Поэтому мы позволим себе плагиат идеи Шопенгауэра, который в предисловии к своему труду "Мир как воля и представление" написал:

"То, что она [книга] должна показать, заключается в единой мысли. И тем не менее, несмотря на все свои усилия, я не мог найти для изложения последней более короткого пути, чем вся эта книга. [...]

Между тем книга должна иметь первую и последнюю строку [...] Отсюда ясно, что при таких условиях для проникновения в изложенную мысль нет иного исхода, как прочесть эту книгу два раза, [...] каждая предыдущая часть почти также предполагает последующую, как последующая - первую."

Впрочем, в отличие от великого философа, мы не ставим перед собой задачи донести единую глобальную философскую мысль. Более того - объективно "Гомогенез" не является оригинальной работой. Все, что будет написано, является банальностью, причем - очевидной и неоспоримой банальностью.

И ценность труда, на которую мы претендуем, заключается не в свежих и оригинальных идеях - а лишь в компиляции в единое целое того очевидного, на что обычно закрывают глаза, и без того прикрытые розовыми очками.

Выход есть. Но он никому не нравится. Поэтому принято видеть его отсутствие. - С. Тиунов

Ta thV polewV

Мы все живем в обществе. Естественно, оно не идеально, и таковым его никто не считает. Отношение к такому положению вещей некогда хорошо сформулировал Уинстон Черчилль: "Демократия - это плохой способ правления, но все остальные еще хуже⁷". Этот тезис можно обобщить и на все прочие аспекты жизни, помимо политики: институт семьи и брака, рождение, воспитание и обучение, культура и образование, медицина... et cetera ad infinitum.

Премьер Англии сказал красивый афоризм, но здесь как раз проявляется распространенный чел-овеческий недостаток: верить красивым словам, не вдумываясь в их содержание. Смотреть на внешнюю форму, а не в глубинную суть.

Многие люди любят рассуждать на тему "как оно было бы, если бы не ...". Редко кого устраивает текущее положение вещей. Однако, эти рассуждения обычно достаточно беспочвенны и сводятся то к "все отнять и поделить", то к "бей <проставить по вкусу>, спасай Россию", то вообще в жажде возвращения царя-батюшки. При этом такие мечтания всегда имеют две принципиально неосуществимые даже по отдельности предпосылки: чтобы при этом всем было хорошо и чтобы за это не надо было расплачиваться.

Часто такие воздыхания сводятся к тоске по прошлому, и его картины выглядят в воображении мечтателей как некий Золотой Век - когда все целесообразно, согласовано, красиво и всего в избытке. Это легко объяснимо психологически: на расстоянии столетий (и даже десятков лет) все кажется внутренне стройным в отличие от непрерывных изменений времени настоящего. Например, посмотрите на ностальгию по Российской Империи и попытки реконструкции дворянства, казачества и прочих анахронизмов⁸. Мол, была такая страна замечательная, а горсть негодяев все уничтожила. Но что это за государство, которое завалила горсть "негодяев"? А если не горсть, то что это за страна⁹, где "негодяев" столько, что они завалили государство?

Как заметил еще Станислав Ежи Лец: "Когда на кровь упадет немного слез, каким все становится розовым". Создается иллюзия, что в прошлом было все ясно и понятно, и, следовательно (такая "логика"), надо возвращаться в "старое доброе время". Однако, прошлого уже нет. И возвращать его искусственно нет ни возможности, ни смысла. Разумное существо¹⁰ непременно развивается.

Любая статика, она же иллюзия "мы достигли совершенства", приводит к неизбежной деградации; при этом, что забавно, иллюзия своей неоспоримой правоты остается устойчивой. Реальность же хорошо описана Королевой, которую встретила Алиса в Зазеркалье: чтобы остаться на месте, надо бежать со всех ног. А чтобы продвигаться вперед, надо бежать еще быстрее...

Построение "идеального" (с точки зрения разума) общества имеет реальные трудности. В первую очередь - это противодействие практически всего населения. Чел-овечество в массе своей не привыкло мыслить, мы вынуждены констатировать этот очевидный факт. Однако, попробуем построить хотя бы теоретическую схему такого общества.

Учитываются следующие особенности модели:

Принципиальная невозможность построения "идеального общества", "рая на земле" etc. А именно: невозможно создать такое общество, в котором абсолютно все входящие в него имеют возможность вступить в абсолютно все общественные связи, признаваемые ими желаемыми для себя и иметь для этого неограниченные ресурсы.

Принципиальная невозможность адекватного формулирования понятия "общественного блага". А именно: "общественное благо" - это только манипулятивный термин, позволяющий склонить к тем или иным действиям население, при этом не имеющий реальной подоплеки. Однако наиболее отвечающим требованиям разумного существа является прогресс науки (которая обеспечивает, в конечном счете, все потребности индивидуума) и обеспечение свободы личности. Если кто-либо не согласен с тем, что именно наука (в значении "развитие Знания") подходит на эту роль, то он может предложить альтернативный вариант цели развития цивилизации разумных существ. Было бы крайне любопытно услышать что-то новое. "Духовное самосовершенствование" не предлагать, это относится к иллюзиям как к побочному эффекту наличия багов в отдельно взятых мозгах, а не относится к разуму как к обобщенному понятию.

Примечание: претендовать на свободу имеет право именно личность de facto¹¹, а не просто "двуногое без перьев с плоскими ногтями" (определение человека, данное Платоном).

Также отсутствует оценка общественно-социологических преобразований с позиций "добра/зла", "морали", "этики", "гуманизма" и тому подобных искусственных абстракций, влияние которых на чел-овечество будет разобрано в дальнейшем, как и их алогичность. Единственными критериями, достойными разумного существа, мы считаем необходимость и целесообразность¹² - которые, кстати, полностью соответствуют реальности, по крайней мере - реальности, наблюдаемой на данный момент времени.

Не являясь экстремистами, мы тем не менее признаем, что во многих случаях наиболее эффективны именно кардинальные преобразования, а не полумеры, принимаемые обычно лишь из человеческой слабости - нежелания взять ответственность на себя.

В условиях демократии найти того, кто бы взял на себя ответственность, особенно трудно. Ведь они выступают потом в качестве козлов отпущения. Демократические принципы не дают право на ошибку. А как известно - не ошибается лишь тот, кто ничего не делает¹³. Командиры в Чечне иногда предпочитали не заметить противника, чем вступить в бой и оказаться под угрозой трибунала. Ошибка командующего, как правило, ведет к лишним потерям - и демократизированное общество, кипя от возмущения, готово уже его растерзать. Ярким примером может служить судьба Мильтиада, стратега, командовавшего греками при Марафоне. Он умер в тюрьме от гангрены, оставив в наследство огромную сумму штрафа. При демократии не смогли бы выбиться в полководцы такие монстры войны, как Чингисхан, Тамерлан. Они, видите ли, случалось, проигрывали битвы¹⁴. Конечно, за ошибки нужно платить, но у демократии спекулятивные тарифы¹⁵.

Итак: сохранение общества и его членов в современном виде не постулируется. Это относится к форме правления, к психике, фенотипу и генотипу разумных существ, а также к любому другому параметру. Развитие вида Homo в сторону увеличения Sapiens видится нами как необходимое условие эволюции человечества, а дальнейшая эволюция Homo - как возможное, но не обязательное. Конечно, Homo Sapiens¹⁶ является видовым названием, и здесь имеется ввиду футуристический прогноз: к примеру, киборгизация является перспективным направлением, но термин Homo к киборгу не подходит. Та же ситуация несоответствия "человеку" будет и в случае принципиального изменения психики. Или в случае обнаружения разумной жизни, отличной от вида Homo.

Ранее в некоторых статьях и высказываниях в качестве "наиболее разумного общества" нами приводился пример меритократии. Этот термин ведет свое происхождение от "merit" (заслуга), и обозначает общественный строй, в котором каждый имеет положение, зависящее от его заслуг перед обществом. Меритократия, несомненно, является более разумным общественным строем, чем все существовавшие исторически, но, тем не менее, при ней остается вероятностный фактор оказания значительной услуги случайно, а не благодаря собственным качествам, и вознаграждение за такой поступок будет неадекватным. Кроме того, в неявном виде остается примат государства над индивидуумом, мы же стоим на позиции минимализации государственного аппарата как такового и первичности разумного индивидуума.

Более того, пока для члена общества мотив "его заслуг перед обществом" будет сколь-либо значимым - это будет еще "не то" общество. Любая активность индивида становится "заслугой перед кем-то/чем-то" тогда, когда предусматривает последующее особое отношение (за фактически совершенное в прошлом). Более разумной представляется позиция оплаты пользы в настоящем, а не стрижка купонов, получаемых в виде дивидендов за что-то давнее¹⁷. Наиболее соответствует разумному поведению отношение "без социальных заморочек" - в каждый конкретный момент индивидууму должно быть безразлично отношение общества, до тех пор, пока ему не станет выгодным какое-то "конкретное общественное отношение к нему" (вообще, отношения индивидуума и общества должны быть взаимовыгодными). Добившись этого (в каком-то нужном ему частном случае) и пройдя этот этап "взаимодействия с обществом", разумный индивид не будет претендовать на какие-то "отголоски прошлых отношений", он просто опять отбросит общественные отношения за ненадобностью уже в нынешний момент¹⁸.

В обществе, построенном на разуме, не должно быть "хвостов прошлых заслуг и недостатков" - именно в этом меритократия "не идеальна". Дело не столько в "возможности случайной заслуги" - а в самом факте наличия такого понятия, как "заслуга".

Развитый и образованный интеллектуал в обществе живет сам по себе, и общество ему нужно постольку, поскольку (и если!) ему выгодно существование общества. А так как он интеллектуал - ему выгодно существование далеко не каждого общества. А только такого, которое помогает ему развиваться (или, по крайней мере, не мешает). У него нет мотивов, не основанных на расчете выгоды для себя¹⁹. И ему не нужен "общественный ответ", основанный на его заслугах перед этим обществом. Хотя бы потому, что существует теоретическая возможность того, что завтра это общество начнет ему мешать, и он выступит уже против него - и опять-таки все его действия будут основаны на расчете и моделировании.

Именно поэтому в данной работе для обозначения гипотетического разумного устройства социума используется термин "аристократия". Слово это греческого происхождения: arista - наилучшим образом, отлично, превосходно; aristeuV - лучший, знатнейший, славнейший, доблестный; aristeuw - быть лучшим, славнейшим, первым, выделяться, отличаться. И, наконец, само слово aristo-kratia имеет два значения: господство родовой знати и власть лучших. Именно во втором значении и используется слово. Исторически же (из-за чел-овеческого стремления судить родственников необъективно, давая им значительные преимущества a priori), аристократия выродилась именно во власть по наследству без учета качества наследников. Генетический фактор играет значительную роль в способностях индивидуума, но при этом не отрицается ни средовой фактор, ни случайные отклонения²⁰. Таким образом, в передаче выдающихся способностей аристократии играет роль генетика, но не генеалогия. Подробнее этот вопрос будет разобран позднее, сейчас же достаточно заметить, что в рассматриваемой модели общества передача по наследству чего-либо, кроме генов, будет низведена.

Отступление на тему словарных определений

Очень часто можно встретить возражения, сводимые к вопросу "а почему вы под всем привычными словами подразумеваете не общепринятые значения?". После этого обычно следует потрясание словарем, взятым с запыленной полки, либо свежескачанной словарной статьей из интернета.

Собственно говоря, этот вопрос требует не ответа, а демонстрации - достаточно взять советский словарь середины прошлого века и современный, после чего сравнить статьи "коммунизм" и "генетика". Да и вообще, "распущенный подонок" в трудах современников Ломоносова обозначает всего-навсего "растворенный осадок".

Тезис "все надо понимать только так, как в словаре написано" выглядит странно не только из-за несоответствия словарей друг другу, но и в случае, если бы остался некий Единственно Верный Толковый Словарь. Сами подумайте: если можно все понимать исключительно предписанным образом, то новые слова просто не могут появляться, и язык замирает в развитии. Зачем такое может быть нужно? Процитируем классиков, Оруэлл "1984":

"Новояз должен был не только обеспечить знаковыми средствами мировоззрение и мыслительную деятельность приверженцев ангсоца, но и сделать невозможными любые иные течения мысли. Предполагалось, что когда новояз утвердится навеки, а старояз будет забыт, неортодоксальная, то есть чуждая ангсоцу, мысль, постольку поскольку она выражается в словах, станет буквально немыслимой. Лексика была сконструирована так, чтобы точно, а зачастую и весьма тонко выразить любое дозволенное значение, нужное члену партии, а кроме того, отсечь все остальные значения, равно как и возможности прийти к ним окольными путями. Это достигалось изобретением новых слов, но в основном исключением слов нежелательных и очищением оставшихся от неортодоксальных значений - по возможности от всех побочных значений. Приведем только один пример. Слово "свободный" в новоязе осталось, но его можно было использовать лишь в таких высказываниях, как "свободные сапоги", "туалет свободен". Оно не употреблялось в старом значении "политически свободный", "интеллектуально свободный", поскольку свобода мысли и политическая свобода не существовали даже как понятия, а следовательно, не требовали обозначений. [...] Любое нужное слово научный или инженерный работник мог найти в особом списке, куда были включены слова, встречающиеся в других списках. Слов, общих для всех списков, было очень мало, а таких, которые обозначали бы науку как область сознания и метод мышления независимо от конкретного ее раздела, не существовало вовсе. Не было и самого слова "наука"; все допустимые его значения вполне покрывало слово "ангсоц". Из вышесказанного явствует, что выразить неортодоксальное мнение сколько нибудь общего порядка новояз практически не позволял. Еретическое высказывание, разумеется, было возможно - но лишь самое примитивное, в таком примерно роде, как богохульство. Можно было, например, сказать: "Старший Брат плохой". Но это высказывание, очевидно нелепое для ортодокса, нельзя было подтвердить никакими доводами, ибо отсутствовали нужные слова. Идеи, враждебные ангсоцу, могли посетить сознание лишь в смутном, бессловесном виде, и обозначить их можно было не по отдельности, а только общим термином, разные ереси свалив в одну кучу и заклеймив совокупно."

Рассмотрим возможные случаи разночтения общепринятых терминов.

Историческое изменение значения, обычно не влекущее недоразумений. Пример: "инвалид". Сейчас этим словом обозначают калеку, но еще в начале XX-го века оно обозначало "ветеран войны" в общем виде.

Исторически сложившаяся неверная трактовка термина. Самый наглядный пример: нацизм и фашизм. Часто люди вообще не разделяют эти понятия, хотя фашизм - это политическая теория "сильного государства", постулирующая малозначимость индивидуума по сравнению с государственной идеей, а нацизм - это теория априорного превосходства одной нации над другой. Что интересно (но малоизвестно), Гитлер (национал-социалист) и Муссолини (фашист) очень не любили, когда их идеологии путали друг с другом.

Исторически сложившаяся перверсия значения термина. Пример: "ведьма". Очевидно, что слово происходит от глагола "ведать" (знать). Однако, благодаря усилиям христиан в современном языке общепринято употребление этого слова практически как ругательства (а несколько ранее "ведьма" понималась как "злобная колдунья". Обратите внимание - о "добрых" ведьмах никто и никогда не слышал).

Еще более наглядный пример, правда, не слова, а символа - свастика. Проанализируйте сами "логичность" восприятия свастики как "нехорошего" символа, исходя из языкового оригинала. "Су" - это добро, благо; "асти" - русское "есть", английское "is", немецкое "ist", французское "est"; "ка" - просто суффикс субстантивации²¹.

Как легко видеть, свастика имеет значение²², очень даже отличное от общепринятого²³.

Итак, в данном случае верное архитепически понимание термина не соответствует массовому сознанию, следующему официальной пропаганде. Т.е. выбор стоит так: либо понимать верно, либо - как все²⁴.

Искусственная перверсия значения термина. Пример: "атеизм". Слово греческого происхождения (aqeon - безбожие). Приставка "a" обозначает отсутствие, qeoV - бог. По своей семантике слово обозначает "отсутствие бога", соотносительно к мировоззрению - невведение бога (в более широком понимании - сверхъестественного вообще) в мировоззрение. Однако, наблюдается явная тенденция со стороны верующих передергивать "неверие в бога" в пользу "веры в отсутствие бога", что автоматически низводит атеизм до такого же проявления веры, как религия²⁵.

Искусственное сужение/расширение понимания термина. Пример: "эксплуатация", "наука". В первом случае во времена социализма официально считалось, что при капитализме происходит эксплуатация человека человеком, а при социализме - наоборот что ее вообще нет. Т.е. социалистическая эксплуатация (субботники, воскресники, летние лагеря труда школьников в колхозах, осенние отработки студентов в тех же колхозах, всеразличные взносы в разнообразные общества, вплоть до покупки марок в добровольно-принудительном порядке первоклассниками и т.п.) - это якобы не эксплуатация. Во втором случае в настоящее время широко практикуется использование термина "наука" шарлатанами, организующими "академии альтернативных наук" и т.п. Яркой иллюстрацией могут служить представители "научного кретинизма креационизма".

Примечание: в редких случаях искусственное расширение значения термина не приводит к недоразумениям. К примеру, "идиот" и "дебил" изначально являлись чисто научными терминами (аналогично "moron" в англ. яз.), но достаточно быстро приобрели более широкое применение. Впрочем, здесь есть существенная особенность: при de jure расширении значения de facto значение термина не менялось.

Приобретение термином нового значения при сохранении старого. Классическими примерами являются глаголы hack (ранее - "рубить" и т.п., а сейчас обозначает и то, от чего хакеры получили свое название) в английском языке и "трахнуть" в русском.

Изначальная искусственная перверсия термина. Пример: "сатанизм". Термин как таковой возник практически в 20-м веке, а широкое распространение получил в конце 60-х благодаря А.Ш.ЛаВею. До этого повсеместно использовался термин "дьяволопоклонник" в различных вариантах (англ. - devil worshipper). По семантике "сатанизм" обозначает не более, чем "имеющий отношение к Сатане" без конкретизации понимания образа такового²⁶. Однако, христианские²⁷ церковники объявили (есть у них такая привычка) единственноверность своей трактовки образа Сатаны, и, соответственно, термина "сатанизм". Церковные измышления, как не трудно догадаться, имеют крайне мало общего с пониманием Сатаны сатанистами (даже теми, кто верит в Сатану как в демона, противостоящего богу). Кто-то хорошо сказал: "Если сатанизм - это поклонение Сатане, то дебилизм - это поклонение дебилам". Таким образом, термин уже в момент своего возникновения понимается большинством искаженно.

Использование общеупотребительного слова в другом ключе. Пример: "воля" в философских трудах А. Шопенгауэра.

Использование слова в общеупотребительном значении, когда слово также имеет специальное. Пример: идет милиционер мимо физфака МГУ, на ступенях лежит в ноль пьяный студент, рядом валяется учебник. Милиционер поднимает его и читает: "Лан-да-у, Лив-шиц... Те-о-ри-я по-ля... У, нализался, агроном проклятый!"

Таким образом, словарные статьи никак не могут являться критерием правильности понимания термина. Более того, часто по идеологическим соображениям в словарные статьи вводятся нарочитые искажения значений.

Следует обратить внимание и на то, что популярные энциклопедии, к которым по своей сути относятся и толковые словари, ориентированы не на полноту изложения, на популярную на время издания трактовку терминов. Чтобы получить профессиональные знания о предмете исследования, надо читать не словари, а монографии, которые сложно понять без предварительной подготовки. Изучение же предмета надо начинать отнюдь не с популярных (предназначенных для народа²⁸) словарей. Rem tene, verba sequentur.

Понимание же семантики слов логичнее основывать на их происхождении, архетепическом значении etc., а не на последних веяниях идеологии, отраженной в товарах народного потребления, сколь энциклопедичными они не назывались бы на обложке. Слова и мышление тесно взаимосвязаны²⁹, поэтому, играя трактовками слов, можно манипулировать сознанием³⁰. Некоторым образом мы сами так и поступаем в этой работе, акцентируя написание "чел-овечество", вводя далее термин "сапиенс", используя "аристократизм" только в одном из двух значений, причем в давно забытом и т.д.

Вы имеете полное право не читать дальше и пойти учить Ожегова наизусть.

Warrax Black Fire Pandemonium  http://warrax.net   e-mail warrax@warrax.net